Новейшая история Украины. Часть 11. «Остров невезения»

Искусственно раздутый конфликт, в котором не оказалось ни победителей, ни побежденных, по мнению многих обозревателей, стал фундаментом новой Украины, которая впервые заговорила с более могучим соседом на равных и показала, что Россия далеко не всегда является благодетелем.

В октябре 2003 года, в самый разгар конфликта, радиостанция «Эхо Москвы» провела интересный опрос. Радиостанция задала своим слушателям вопрос: «Что для вас важнее — остров Тузла или добрососедские отношения с Украиной?» 82% из более чем трех тысяч позвонивших ответили: «Остров Тузла». Такие цифры показательны, потому что еще за месяц до этого мало кто из россиян, как? впрочем, и украинцев, знал, что это за остров вообще!

Коса Тузла (в переводе с тюркских языков — Соленая) расположена в Керченском проливе поперек акватории. Уровень воды в проливе постоянно колеблется, поэтому размеры косы не постоянны. Ее длина составляет от 6,5 до 7,0 км, ширина — около 500 м. На острове расположены пансионаты Керченского торгового порта и рыболовецкого комбината, инфраструктура пограничной охраны, там живет несколько семей рыбаков, являющихся гражданами Украины. Остров Коса Тузла возник вследствие того, что в начале ХХ века во время сильного шторма образовалась промоина глубиной от 0,5 до 1,5 метра и бывший полуостров «отделился» от Темрюкского берега. Коса выведена из состава Темрюкского района Краснодарского края России и передана Крыму 7 января 1941 г. указом президиума Верховного совета РСФСР. 19 февраля 1954 г. Крым был передан Украинской ССР. Утверждение, что Украине передавалась лишь его континентальная часть, не соответствуют действительности — официальные документы не оговаривают географических границ передачи.

Первичные разногласия между Украиной и Россией, которые особо не афишировались, состояли в следующем: Украина предлагала провести границу по методу срединной линии, которая должна пройти по центру траверза мыс Кыз-Аул (Крым)—мыс Железный Рог (Россия); Россия же всегда стремилась к тому, чтобы срединная линия была проведена значительно ближе к крымскому берегу.

Дело в том, что Керченский пролив очень мелководный и суда могут проходить в нем лишь по искусственному Керчь-Еникальскому каналу глубиной 8 м, который относится к Керченскому порту. В проливе существуют также мелководные (до 3 м) российские фарватеры, пригодные для прохода лишь мелких судов. Стоимость прохода по каналу в два раза выше, чем по фарватерам. Ежегодно через Керченский пролив проходит до 9000 судов, в т.ч. российских и следующих в российские порты Азов, Ростов, Таганрог, Ейск, Темрюк. По некоторым данным, российские судоходные компании платят Керченскому порту за проводку судов по Керчь-Еникальскому каналу порядка $150—180 млн.

Суть конфликта вокруг острова Тузла сводился к тому, что Россия, без согласования своих действий с украинской стороной начала строительство дамбы от своей территории (Таманский полуостров, Краснодарский Край) до острова Тузла. За всю историю независимой Украины столь серьезного инцидента, пожалуй, еще не случалось. Тогда конфликт многим показался абсурдом. Ведь после торжественного подписания Леонидом Кучмой соглашения по созданию ЕЭП Украина и Россия впервые вплотную приблизились к силовому противостоянию. Эскалацию конфликта вплоть до военных действий не исключали осенью 2003 года даже проросийски настроенные политические силы в Украине.

Но подобное развитие ситуации было бы катастрофой для обоих государств. Тем не менее, все действия россиян изначально были направлены на то, чтобы спровоцировать конфликт. Без уведомления и согласования с Киевом, как того требуют двусторонние договоренности и международное право, вблизи украинской границы россияне начали строить дамбу. Не было гарантий, что границу они не перейдут: несмотря на требования Киева прекратить строительство, работы продолжались довольно длительный срок, и российские дипломаты не давали четкого ответа на вопрос, каковы координаты той точки, на которой остановятся рабочие.

Действия Леонида Кучмы во время «тузлинского кризиса» вызывали удивление: глава государства фактически самоустранился от решения проблемы. За первые три недели кризиса украинские граждане так и не увидели решительных действий своего Президента и не услышали от него заявлений, адекватных моменту. Лишь спустя 3 недели Леонид Кучма сказал что-то по существу.

«Не могу не расценить эти действия как недоброжелательные по отношению к Украине», — сказал глава государства. – Хороший сосед так не поступает».

Несмотря на такие, местами резкие заявления Президента, многие в Украине подозревали, что был закулисный сговор с его участием. Дело в том, что 17 сентября, за день до начала ялтинского саммита СНГ, Леонид Кучма и Владимир Путин встретились на острове Бирючем, чтобы обсудить проблематику Азово-Керченского региона. По словам губернатора Краснодарского края Александра Ткачева, именно на Бирючем президентами была достигнута договоренность о проведении строительных работ.

Впрочем, Администрация Президента и МИД в один голос утверждали, что никакой договоренности на Бирючем вообще не было, а Президента россияне просто грубо «подставили». И для него события в Керченском проливе были такой же неожиданностью, как и для всех остальных украинских граждан.

За полтора месяца до начала конфликта Владимир Путин назвал Черноморско-Азовский регион зоной стратегических интересов России. Как следствие, в середине сентября появился закрытый «План взаимодействия министерств и ведомств по решению дипломатических и военных задач в Азовско-Черноморском регионе». А 30 сентября 2003 года в Москве состоялось заседание Совета безопасности Российской Федерации по теме «О мерах по обеспечению национальной безопасности РФ в пограничной сфере». На этом заседании, как отмечала российская пресса, Владимир Путин поставил внешнеполитическому ведомству России конкретную задачу: «Для окончательного решения проблем в этой сфере МИДу и силовым ведомствам необходимо активизировать переговорный процесс, вести его конструктивно, твердо отстаивая наши национальные интересы». Речь, в частности, шла и об определении конкретной линии морской границы с Украиной.

Сейчас, с позиции пройденных лет можно говорить, что многое официальный Киев не сделал для адекватного разрешения конфликта. Первый шаг, который должен был быть сделан — это обращение в Совет безопасности ООН. В этой ситуации можно вспомнить июль 1993 года, когда Веховный Совет РФ принял постановление «О статусе города Севастополь», в котором утверждалось, что город имеет российский федеральный статус. Тогда Киев в срочном порядке обратился в СБ ООН. И это возымело действие, поскольку уже на следующий день после принятия российским парламентом заявления от него дистанцировались и президент РФ, и МИД. Кроме того, Украина могла обратиться в Международный суд в Гааге, чтобы цивилизованным способом решить эту проблему с россиянами.

Радует то, что конфликт был таки разрешен. По окончании переговоров украинского и российского премьеров в Москве в начале ноября 2003 Михаил Касьянов заявил, что Украина убирает пограничников с острова Тузла, а Россия приостанавливает строительство дамбы до завершения согласования двумя странами статуса азово-керченской акватории. Так и произошло.

Можно вполне уверенно утверждать, что тузлинский конфликт стал фактором, способствующим укреплению в Украине политической нации. События октября 2003 года — холодный душ для многих, кто видел в России панацею от всех бед, постигших украинское общество вследствие неумелой государственной политики. Позже, уже в 2004 году, во время президентской кампании фактор патриотизма стал предопределяющим и решил исход гонки. Безусловно, Тузла также отыграла в этом свою важную роль.