Предположить, что в Секретариате Президента собрались некомпетентные люди, нельзя. Ведь именно они смогли впрячь в один воз коня - левоцентристскую «Народную самооборону», трепетную лань - центристскую «Нашу Украину» и даже то ли лебедя, то ли рака, то ли щуку - «Правыцю». Убедительного объяснения, почему избран такой формат, пока так и не прозвучало.

Впрочем, нелогичным этот вариант представляется только в ракурсе предвыборных технологий, авторы которых обычно забывают, что жизнь продолжается и после выборов. Если предположить, что это стратегическая задумка – то все становится на свои места. Сильной стороной Президента является способность мыслить стратегически, при регулярных приступах удивительной близорукости в вопросах тактики. Такая оценка может вызывать возражения, но все же выиграть компанию 2004 года В.Ющенко, который де-факто не имел собственной партийной структуры, позволили именно его развитые качества стратега. Ситуация была столь удачно смоделирована, что все титанические и затратные усилия его оппонентов тогда просто сотрясали воздух.

И причину выбора нынешнего варианта переформатирования следует искать именно в русле стратегии, а не в дебрях политтехнологических ходов. На знаменах начертан естественный, но практически не использовавшийся лозунг: «Мы – украинцы». Правые и левые, бедные, очень бедные и олигархи, «оранжевые», «синие», «малиновые», все вместе – украинцы. Единые в своих стремлениях. А гарантом этого единства, но с сохранением внутреннего многообразия, и является Президент. Эту идею и отражает новый мега-блок.

Выбор такой концепции, как ни удивительно, в значительной мере определен позицией многочисленных оппонентов Ющенко, зациклившихся на тезисе дружбы с Россией, поскольку лежащим на поверхности антитезисом ей является: мы – не такие, мы – другие, мы – украинцы. Собственно, поиск этих десяти отличий от России начался еще задолго до президентства Ющенко («Украина – не Россия» Леонида Кучмы).

Наиболее продуктивно он шел в филологии, поскольку областные отличия в вышивке национальных рубашек допустимы и внутри одной страны, а вот язык – это повод говорить об отдельной нации. И безнадежно мягкую букву «г» ввел в украинский язык не «националист» Леонид Кравчук, а «шовинист» Леонид Кучма. И теперь украинский уже гордо отличается от русского не тремя, а четырьмя буквами.

Вообще, кресло Президента Украины – удивительное место. Окажись в нем вдруг даже Жириновский, и он через какое-то время стал бы пусть умеренным, но все же вполне украинским самостийныком и националистом. Правда, умеренность и Вольфович – понятия несовместимые, поэтому лучше не экспериментировать.

Языковые различия – это хорошо, но недостаточно. 2004 год позволил оживить давний тезис о «внутреннем» демократизме украинцев, наследии Сечи, в противовес извечно тоталитарному Московскому царству. Заметим, правда, что дефицита с казаками Россия никогда не испытывала: с Дона не выдавали, как и с Запорожья, а тоталитарный импульс самодержавья ослабевал с каждым километром удаления от Москвы. Собственно, и само Запорожье было возможно лишь потому, что туда не дотягивалась рука Варшавы, а не в силу врожденного свободолюбия украинцев. 

Но 2004 год превратил из теории в практику тезис: мы украинцы, а, значит, демократы. Следовательно, партийным можешь ты не быть, а украинцем быть обязан. Особенно когда Отечество почти в опасности. Принято считать, что вхождение «Правыци» – это плюс 2% голосов на Западе, и минус 3-4% на Востоке. Но для мега-бока это не беда. В некоторых кругах В. Ющенко уже 3 года иначе, как националистом и даже фашистом, не именуют, и менять свою риторику оппоненты Президента не собираются. Поэтому было принято очень мудрое решение – если от клейма не избавиться, то пусть от него будет хоть какая-то польза. В то же время, ни в первой десятке, ни в списке официальных спикеров блока нет представителей обоих Рухов. И вряд ли они будут играть и в дальнейшем заметную роль в новой партии.

Ведь ничего нового избирателю это направление национал-государственников предложить не может, а лозунги национального возрождения эпохи перестройки уже не в моде. На вопрос «Сторонником какой идеологи вы себя считаете?», по данным социологического центра «Имидж-контроль», лишь 2% украинцев стабильно относят себя к националистам. (Если кто-то считает эту цифру сильно заниженной, то заметим, что националисты и национал-демократы – это не одно и то же). В общем, «Правыця» - это поклон прошлому украинской независимой политики.

А реверанс перед будущим - это «Народная самооборона», рост влияния которой может превратить ее в дальнейшем в самостоятельного игрока. Распространение харизмы идей Самообороны на весь блок не только позволяет подключить ее потенциал, но и должно наглядно свидетельствовать о степени глубины обновления «Нашей Украины». При таком раскладе страдают только «люби друзи», которые вообще могут «пролететь мимо списка». Во всяком случае, лейтмотивом встречи Президента, правительства и олигархов накануне создания блока был призыв к магнатам «не ходить» в парламент, а также обязательство блока о снятии неприкосновенности с депутатов.

Итак, единство населения, обновления власти и демократии – опираясь на эти идеи, новый блок пойдет на выборы. Такое переформатирование перспективнее ожидавшегося. Но достоинства часто являются продолжениями недостатков.

Главная слабость данного формата в том, что он, в потенции стратегический, является не более, чем последним тактическим резервом «оранжевых», просьбой об очередном «кредите доверия» у электората.

Но переформатирование произошло, и его оппоненты должны готовиться к достойному ответу.