Анализируя ситуацию, происходящую вокруг сербской территории Косово, трудно сказать, в полной ли мере все участвующие стороны отдают себе отчет в том, что будущее решение по Косово неотвратимо войдет в мировую историю, как «косовский прецедент». Решение этого вопроса является не просто сложным, а вообще уникальным в истории человечества. И, естественно, к его решению не готовы в полной мере те международные и национальные структуры, которые принимают в нем участие.

Но, с другой стороны, история дала почти два десятилетия на подготовку и окончательное решение этого вопроса. Если предыдущий прецедент и решения, связанные с бомбардировками и иными военными действиями против бывшей Югославии, был связан в большей мере с той авантюрной, если не сказать больше, и бесперспективной политикой, которую вел президент Слободан Милошевич, то ныне обновленная, и по большему счету реабилитированная Сербия не имеет негативного груза, ложащегося на весы решений, и требует решения в рамках имеющихся международных норм.

Сегодня в решении по Косово нужно учитывать не только юридические международные нормы, но и то, что учитывается обычно: какие стороны и каким образом это затрагивает, и что это значит для международного сообщества. Ведь не секрет, что албанские силы, участвующие в отторжении Косово, являются в полной мере международной мафией. То есть, незаконными формированиями, порождающими все самые опасные вызовы международному сообществу – терроризм, нелегальную деятельность, нарушение прав человека и целый ряд иных, очень серьезных нарушений против человечности.

В то же время, вполне очевидно, что любое решение по Косово вызовет конфликт и очень серьезную напряженность. Если стать на сторону защитников прав человека и отдельных этнических сообществ и произвести решение вопроса по прямому арифметическому суммированию этнических единиц на территории Косово, то вполне объяснимо решение об отторжении Косово от Сербии, на что и рассчитывают албанские экстремисты. И к чему уже склоняются евробюрократы, которые не хотят лишних забот и вопросов. Они считают, что Сербия проглотит эту пилюлю, учитывая, что при этом ее примут в Европейский Союз.

Возможно, в какой то мере так и произойдет, если Сербия получит дополнительные преференции в разных сферах. Но подобный прецедент выглядит гораздо более опасным для других стран, чем для сербского государства. Ведь при этом де-факто и уже де-юре рушится та система международных отношений, которая строилась на незыблемости прав наций на национальное государство и на всю суверенность и всю структуру международных отношений относительно своих территорий. При этом человечество возвращается к той эпохе, когда территории и динамичные национальные государства формировались по праву сильного. И если подобный прецедент будет воплощен, то он ставит под удар в ближайшее столетие практически все национальные образования западной цивилизации.

В таком случае первым «рухнет» государство Израиль, которое при таких темпах рождаемости среди палестинских арабов на его территории, не просуществует и двух десятилетий. В дальнейшем вопросы возникнут по всем европейским странам, которые имеют обширные мусульманские анклавы в отдельных своих частях. Может возникнуть вопрос и по Соединенным Штатам, где национальное сообщество стремительно катится к меньшеству. Не говоря уже об экспансии исламского экстремизма, зиждущегося на подобных подходах, которые он практиковал во время «завоевания мира» полторы-тысячу лет назад.

Фактически для международного сообщества подобный прецедент будет означать не просто потрясение, а катастрофу. Хотя возможно для евробюрократов это будет самое простое и на несколько лет безболезненное решение. Во всяком случае, для тех, кто за это время успеет уйти на пенсию. Обратное решение о полном суверенитете Сербии над территорией, и соответственно восстановление прав сербского населения, которое до начала конфликта и насильственного вытеснения оттуда сербов, было в несколько раз больше нынешнего, создает ряд проблем. И возможно для евробюрократов они еще более болезненны. Но это простые вопросы и потрясения от них будут гораздо меньшими.

Если принимается прецедент о примате национального государства и примате прав коренного населения, то, конечно же, возникает вопрос о том, какие требования должны быть предъявлены отдельным переселенцам из других государств. Фактически подобное правило уже обсуждается во многих странах. Возможно, более других в этом направлении продвинулись в Соединенных Штатах, которые имеют наиболее свежие воспоминания о подобных прецедентах за последние сто лет. От въезжающих на территорию США очень жестко требовалось соответствие определенным нормам. Кстати, де-юре и де-факто эти нормы еще не отменены. И знание английского языка, выполнение законов государства, уважение к культуре, к традициям, к закону требуются и сейчас. Но в последние десятилетия выполнение этих законов было несколько смазано. И сейчас стоит вопрос об их возращении.

В этом есть огромный смысл. Потому что если переселенцы считают, что в чужой стране им будет жить лучше, то, наверное, им нужно быть готовым интегрироваться в эту страну. Либо оставаться на своей территории, либо искать иную территорию – не заселенную и не имеющую своей государственности, каковых сегодня не существует. При этом возникает масса вопросов, но это вопросы естественные. И хотя они очень трудоемки, но в этом, собственно, и состоит работа бюрократических, юридических и аналитических структур, которые должны разрабатывать их на десятилетия вперед, а не вспять, как это происходит с косовским прецедентом.

Естественно, что албанское население Косово имеет свои права. И с сугубо гуманитарной точки зрения оно вызывает сочувствие, а их противостояние геноциду режима Слободана Милошевича вызывает поддержку. Но при этом косовский прецедент не должен отвергать существующую систему, на которой зиждется вся цивилизация. И евробюрократы не должны забывать, что потрясение основ рушит даже их теплые и уютные кабинеты. Не говоря уже обо всей цивилизации, масштабами которой они, возможно, не оперируют в своих размышлениях.

Если говорить о том, какие меры имеет право предпринять Сербия в ответ на одностороннее отторжение Косово от ее суверенитета, нужно сказать, что Сербия имеет те же права, которые имеют Франция, Испания и другие европейские страны. И если посмотреть на то, какие меры предпринимают Испания и Франция по отношению к баскскому сепаратизму, то мы можем дать полный ответ. Кстати, этот прецедент как раз и покажет, является ли международное право объективным и действительно правом для всех, или же оно становится правом двойных стандартов.