На практике многовекторность проявлялась преимущественно в хаотическом балансировании между Востоком и Западом.

Президент Кучма реально сотрудничал с Европой в политической плоскости, тогда как с Россией – прежде всего, в экономической, а также в военной.

В частности, именно во времена правления второго Президента были окончательно урегулированы вопросы базирования в Севастополе российского Черноморского флота. Причем адекватность заключенного тогда соглашения, экономическая выгода Украины до сих пор ставится под сомнение. Так, частью третьей статьи 25 Соглашения между Российской Федерацией и Украиной о статусе и условиях пребывания Черноморского флота Российской Федерации на территории Украины предусмотрено, что корабли северо-восточного соседа будут базироваться в Крыму на протяжении 20 лет. Чем был обусловлен именно такой срок, сейчас сказать сложно. Если пребывание российского флота в Украине является временным, то логично предположить, что другая сторона изначально должна готовиться к его выведению. Однако Россия объявила о строительстве альтернативных баз в Новороссийске лишь в феврале 2007 года, обещая при этом, что к окончанию срока аренды (то есть за 10 лет) работы будут завершены. Таким образом, получается, что изначально Москва получила «лишнее» десятилетие, на протяжении которого не было необходимости заниматься вопросами передислокации ее кораблей из Севастополя.

Один из важнейших вопросов экономической безопасности Украины – поставок российского природного газа – при Кучме решался преимущественно «в ручном режиме». Общеизвестно, что относительная стабильность цен на поставляемое «голубое топливо» во многом обеспечивалась личными договоренностями, в ходе которых отыскивались компромиссные варианты.

Впрочем, двусторонние отношения с Российской Федерацией время от времени омрачались скандальными инцидентами. В частности, в октябре 2001 года над Черным морем украинской ракетой был сбит российский авиалайнер ТУ-154. Чрезвычайное происшествие серьезно ударило по международному имиджу как вооруженных сил Украины, так и государства в целом. Причем «обиженным» на официальный Киев остался еще и Израиль, поскольку на борту сбитого самолета летели представители этой страны. Перед израильтянами за «ляп», допущенный еще при министре обороны Александре Кузьмуке, пришлось приносить извинение уже «оранжевому» руководителю оборонного ведомства Анатолию Гриценко.

В 2003 году «яблоком раздора» между Украиной и Россией стал крошечный остров Тузла. Искусственно спровоцированный скандал при попустительстве официального Киева грозил перерасти в серьезное противостояние. А Президент Кучма приступил к улаживанию конфликта лишь спустя три недели после начала кризиса. Впрочем, вопрос удалось решить полюбовно – путем переговоров в Москве премьеров двух стран.

Взаимодействие Украины с европейскими странами и Северо-Атлантическим Альянсом преимущественно укладывались в рамки деклараций о сотрудничестве в рамках многовекторности. При внеблоковом статусе украинского государства в определенные моменты сотрудничество с НАТО вызывало определенные негативные реакции внутри страны. В частности, в апреле 1999 года Верховная Рада издала постановление с целым рядом рекомендаций Президенту и правительству, общий смысл которых сводился к тому, что взаимодействие с Альянсом следует организовывать осторожней и с большим участием в его регулировании парламента. Среди фактов, вызвавших негодование депутатов, было проведение совместных учений украинских и натовских войск на территории Украины без формального разрешения на то Рады, а также «навязываемая определенными силами однобокая ориентация на полномасштабную интеграцию Украины в НАТО».

С другой стороны, сотрудничество со Штатами и европейскими странами время от времени омрачалось инцидентами вроде разгоревшегося в 2000 году «кольчужного» скандала. Как известно, в обнародованных в это время записях экс-майора госохраны Мельниченко, в частности, был момент, касающийся несанкционированной продажи Ираку украинских систем обнаружения воздушных целей «Кольчуга». Распространение этой информации привело к целой серии широкомасштабных проверок Украины со стороны мирового сообщества и на несколько лет ухудшило репутацию государства, несмотря на то, что факт наличия украинских станций в Ираке так и не был подтвержден.

В то же время, делались некоторые более-менее реальные шаги к экономическому сотрудничеству с Западом. В частности таковыми можно считать начало в 1996 году строительства нефтепровода «Одесса-Броды», призванного расширить поступление каспийской нефти в Европу.

Эра многовекторности, отголоски которой ощущаются и по сей день, фактически представляла собой десятилетие полного отсутствия украинской стратегии внешнеполитической деятельности. Официальный Киев, балансируя между Востоком и Западом, лишь отдалял во времени момент принятия решения по поводу определения приоритетов взаимодействия с другими субъектами международных отношений.