Среда, 19 марта 2008 года стала еще одним «знаменательным» днем в печальной референдумной эпопее в Украине. Верховная Рада «забраковала» два законопроекта о всеукраинском референдуме. Первый, инициированный «регионалом» Александром Лавриновичем и бютовцем Святолавом Олийныком (регистрационный номер 1374) набрал 221 депутатский голос (при необходимых 226). За второй, поданный представителем «Нашей Украины – Народной Самообороны» Юрием Ключковским (1374-1), проголосовало и вовсе лишь 38 из 447 зарегистрированных в сессионном зале народных избранников.

Как известно, вопрос инициирования и проведения как всеукраинского, так и местных референдумов в Украине, по сути, не урегулированы. Получается, что страна должна пользоваться законом «О всеукраинском и местных референдумах», принятом еще в УССР 3 июля 1991 года (с некоторыми изменениями, внесенными в 1992-ом и 2001-ом). Однако только ленивый не отмечает, что этот документ во многом противоречит Конституции Украины, принятой спустя пять лет после вступления его в силу.

Скажем, в разделе II упомянутого выше закона недвусмысленно указано, что всеукраинский референдум назначается Верховной Радой (статья 12), в том числе – по вопросам утверждения или отмены Конституции Украины и других законодательных актов, включая и референдумы по народной инициативе (статья 13). В то же время Основной Закон предусматривает, что общегосударственный плебисцит назначает Президент – относительно изменений Конституции или по народной инициативе (часть 6 статьи 106). Парламенту же, согласно Конституции, отводится функция назначения всеукраинского референдума только по вопросам изменения территории Украины (часть 2 статьи 85, статья 73).

Остановиться именно на несогласованности закона о референдумах с Конституцией в части внесения изменений в Основной Закон вынуждает активизация в последнего время так называемого «конституционного процесса», создания НКС и разговорами о том, что новый документ (или изменения в него) могут быть вынесены именно на непосредственное утверждение народом. В данном вопросе есть достаточно противоречивые решения Конституционного Суда. В 2000 году КСУ постановил, что утверждение изменений в Основной Закон путем референдума без предварительного принятия их парламентом невозможно. Однако уже в 2005-ом тот же орган вынес вердикт, гласящий, что новую Конституцию необходимо утверждать всенародным плебисцитом. Второе решение не совсем согласовывается с первым, разве что только принимать во внимание как ключевой момент тезис о «новой редакции» Основного Закона, в отличие от «внесения изменений» в него.

Кроме того, не следует забывать, что референдум в Украине (опять-таки согласно разъяснениям КСУ) является консультативным, результаты его нуждаются в имплементации парламентом.

Таким образом, необходимость скорейшего законодательного урегулирования вопросов, касающихся проведения всенародных референдумов, сложно переоценить. Однако препятствия на пути принятия соответствующего закона возникают (как и во многих других случаях) в связи со спецификой украинских реалий, характеризирующихся обостренной политической борьбой и традиционным противостоянием разных институтов власти.

На данный момент Президент демонстрирует наибольшую нацеленность на принятие новой редакции Конституции. Если «регионалы» уже достаточно давно отстранились от работы в Национальном конституционном совете, а БЮТ пока что (!) занят решением более «узких» проблем (хотя его представители во главе с самой Тимошенко и не забывают отмечать необходимость тех или иных конституционных изменений), то глава государства планомерно приближает момент «правок» Основного Закона страны. Цель Ющенко понятна – расширение президентских полномочий и, в идеале, обретение возможности закрепиться на второй срок либо же продлить полномочия.

Кроме того, политикум осознает, что при нынешних политических реалиях внесение изменений в Конституцию в парламенте выглядит практически бесперспективной затеей (даже с отменой депутатской неприкосновенности, необходимость которой признавали представители практически всех прошедших в Раду партий и блоков, возникли трудности). Таким образом – принятие нового Основного Закона на референдуме могло бы стать, что называется решением задачи «одним махом». Вопрос легитимности процесса, правда, на данный момент выглядит более чем спорным, однако, как показывает история с назначением Президентом досрочных выборов парламента в 2007 году, это решаемо.

Но, так или иначе, отсутствие адекватного закона о референдуме делает невозможным народное волеизъявление. По каким бы вопросам оно не было инициировано – изменения Конституции, внесения определенности со вступлением в НАТО (особенно актуально для представителей нынешней парламентской оппозиции) или же по какому-либо другому. Опять-таки приходится повторять банальность: необходим компромисс в Верховной Раде. 19 марта народные избранники продемонстрировали, что они пока к нему не готовы. Впрочем, приближение при голосовании за законопроект Лавриновича и Олийника (несмотря на то, что из «сердечных» за него не проголосовал даже сам соавтор) к заветной отметке в 226 депутатских «за», а также общая логика политического процесса, когда Президент и поддерживающая его часть «НУ-НС» вызывает все большую идиосинкразию как в обществе, так и коллег по политической «кухне» (в том числе – партнеров по коалиции) позволяет рискнуть – сделать предположение, что решение лежит в плоскости договоренностей между БЮТ и Партией регионов. По крайней мере, обе вышеназванные политические силы никогда не пойдут на принятие «пропрезидентского» законопроекта, расширяющего возможности главы государства в сфере назначения референдумов и хоть сколько-либо уравнивающего его шансы на противостояние решениям парламента. А значит, принцип «враг моего врага – мой друг» в отдельно взятом вопросе может сработать.