Первая субкультура, которая долгое время преследовалась как враждебно-националистическая – и известная как «галицкая» или «западенская» - в полный голос заявила о себе после 1991 года и стала доминирующей при формировании идеологии современной Украины. Вторая – центрально-украинская, это та самая «настоящая» Украина, откуда родом и современный литературный язык, и львиная доля политической элиты, где «садок вишневий коло хати», «Галя йде, коромисло гнеться» и много других прекрасных вещей для слуха настоящего патриота. Наконец, третья субкультура – восточно-украинская, она же донецко-крымская, в наибольшей степени завязана на российско-имперскую историю. Причем эта история – не только в «золотом» советском периоде, но и в гораздо более ранних временах Российской империи.

Любая страна строит свою национальную идею на одном историческом мифе. Так, в США – это война за независимость против Англии в конце XVIII века под предводительством Джорджа Вашингтона, в России – сквозная идея государственности со времен Киевской Руси через правление Петра Первого, Екатерины Второй, Ленина, Сталина и вот теперь Путина.

Главный украинский миф далеко не так ясен, в нем мало идеологии, но много сказочно-былинных героев вроде идеального типажа политика, этакого собирательного образа киевского князя Ярослава Мудрого, воинственного шовиниста-гуляки Богдана Хмельницкого и бесшабашного, но по-украински грустного поэта Тараса Шевченко. В украинской историографии явно прослеживаются ностальгические нотки в стиле «не тот теперь Миргород, Хорол-речка не та», тоска за «золотым» веком. Причем, для каждой из трех частей страны, формировавшихся в разных исторических условиях, понятие этих самых «добрых времен» также различно.

Для «галицкой» субкультуры наиболее характерна ностальгия за временами, когда формировалась идеология независимости украинского государства. Это, в первую очередь, «золотые времена» австрийских Габсбургов, тоска по тому, когда во Львове жизнь мало отличалась от Вены или Берлина. Для «центрально-украинской» - эпоха Хмельниччины. Для «восточно-украинской» - времена СССР, ностальгия по «совку», это когда Донбасс был территорией «особой заботы о человеке труда» и «вышел в степь донецкую парень молодой».

Длительное время все три субкультуры в основном мирно уживались сначала в рамках Союза, а позже – и независимой Украины. Во многом это происходило благодаря тому, что на первый план вышли проблемы экономического характера, а центральной Украине удавалось служить буфером и играть цементирующую роль между такими далекими Востоком и Западом. Бытовые обвинения, в которых на западе дончан именовали «рагулями» и «совками», а на востоке их в ответ сквозь зубы называли «бандерами» и «западенцами», конечно были. Но под сомнение факт того, что «там» живут такие же украинцы, как и «у нас», хотя и не совсем нормальные, не ставил никто.

Сегодня ситуация с традиционной толерантностью украинцев начала кардинально меняться. За десятилетнюю эпоху Кучмы многие успели выехать на заработки либо в Европу, либо в Россию. Причем «западенцы» и центрально-украинцы традиционно отдавали предпочтение странам «загнивающего» Запада, а дончане – родственно-близкой России. Такой выбор неслучаен и определен цивилизационным выбором трех субкультур на уровне исторической памяти.

Странноватый старик Самюэль Хантингтон, написавший свой противоречивый труд «Столкновение цивилизаций» с англосаксонской политкорректностью, не моргнув глазом, поведал украинцам о том, что они навечно расколоты надвое и ничего с этим не поделаешь. На самом деле, украинцы банально испугались прозорливости американца, и вместо того, чтобы разобраться, заклеймили политолога позором.

Примеров стран с исторически сложившимися различными субкультурами в мире – хоть отбавляй: наиболее на слуху англо-французская Канада и индуистско-буддийско-исламская Индия. Однако ни Канаду, ни Индию Хантингтон надвое или натрое не делит. Расколотых европейских стран, по Хантингтону, немного. Это, в первую очередь, бывшая Югославия, Беларусь и Украина. В первой из них линия раскола уже произошла как раз по границам, предсказанным Хантингтоном (свой знаменитый труд он написал в 1993 году). В Украине и Беларуси раскол, если следовать его логике, отделяет западные области, исповедующие католицизм западного и восточного обряда, от остальных регионов.

А между тем, в работе американца присутствует одна знаковая фраза, которую редко предпочитают вспоминать. В ней политолог прямо говорит: «Границы между цивилизациями в будущем превратятся в линии фронта». Следовать этой логике, значит, признать, что Украину в будущем ждет вооруженное столкновение. По крайней мере, в отношении Югославии оценка Хантингтона уже оправдалась.

Как бы то ни было, факт фундаментальных отличий между ценностной идеологией Запада, Центра и Востока не подлежит сомнению. И президентские выборы 2004 года не столько спровоцировали конфликт между субкультурами, сколько обнажили его. Появление черно-сине-красных флагов Донецкой республики на Майдане Незалежности в Киеве – не столько эпатаж «синего» электората донецких, сколько восточный привет Ющенко.

В ответ на решение распустить парламент в штабе «синих» рассматривается альтернатива не участвовать в выборах, чтобы дождаться избрания Рады, в которой «оранжевые» без Партии регионов получат подавляющее большинство. После этого местные советы Юго-Востока объявят такой парламент нелегитимным, поскольку в нем не представлена крупнейшая партия и проведут свои альтернативные выборы в донецко-крымскую Раду и проведут референдум о создании независимой республики.

Такой сценарий на сегодня кажется фантастическим, но, учитывая ментальные особенности тамошнего электората, исключать полностью его нельзя. Не далее как два года назад «доны» были близки к созданию Південно-Східної Української Автономної Республіки, но тогда этот проект реализовать не успели, банально испугавшись ответственности. Сегодня достаточно будет найти несколько буйных голов, чтобы эта идея стала явью. Если мы такие разные, может, стоит поблагодарить друг друга за совместно прожитые годы в общей коммуналке, и разменять ее на отдельную квартиру с евроремонтом и видом на Сену и «хрущевку» в многоквартирном российском доме?