Ходили такие разговоры и в Раде Верховной, и в Кабмине. Да только никто всерьез сплетен этих не воспринимал. А может, просто побаивались.

И вот как-то возвращались с фуршета званого три друга. Подпили они изрядно, шли вяло, пошатываясь. Один из них был милиционером, другой депутатом главным, а третий просто у Президента в подмастерьях ходил. И решила вся эта честная компания не на машинах своих роскошных ехать, еще чего права отберут, а пешком по родному городу пройтись. Идут себе и горя не знают. А вокруг темно, ни души. Простому человеку страшно было бы в такую пору на улицу показаться. Ветер лютует, свищет по углам. Луна полная в небе засияла и все черти, вся нечисть из-за углов на улицы вылазить начала.

А друзья идут себе, шатаясь, и песни горланят. И не слышат они, как в закоулках начали выть собаки и черти плясать. И тут Средний не рассчитал малость и об камень зацепился, да так, что нос разбил и очки свои потерял. Сел на брусчатку, а подняться не может. Но друзья закадычные друга верного в беде не оставили. Под руки взяли и в соседний дом повели. Зашли в здание старое, а там коридоры длинные, темные и пол мрамором устеленный, под потолком высоким люстра кованная. А в углу темном черная статуя стоит с горящими глазами. Но не заметили ничего этого друзья пьяные. Нашли свободную комнату с кожаным диваном и туда своего друга-депутата спать уложили. Тот еще, конечно, побуянил для порядку, но вскоре захрапел. 

А друзья тем временем не унимались. решили банкет свой вдвоем продолжить.

Нашли где-то недопитую бутылку виски и прям так на полу, без закуски все и допили. И еще до рассвета уснули.

Но услышал звуки странные милиционер. Поначалу подумал, что сниться это ему с похмелья. А когда глаза открыл, то чуть не закричал от страха. Посреди комнаты, вся в белых одеждах стояла дева с черными власами. В глазах огонь дьявольский, а в руках свеча догорающая. И молилась дева чудищу неизвестному. А после ритуала своего со стеклянными глазами развернулась и не пошла, а поплыла к двери. И через мгновение исчезла, словно и не было ее вовсе. 

Так испугался милиционер наш храбрый, что до самого рассвета глаз не сомкнул. А на утро первым делом разбудил собутыльников своих и давай им все увиденное рассказывать. Ну те послушали, посмеялись, конечно, и решили, что это ему в пьяном бреду приснилось. да только знал милиционер наш, что не во сне все было, а наяву. А девица, которая приходила к ним в комнату не кто иная, как помощница мэра ихнего, которого уже давно в сговоре с нечистой силой подозревают.  Но решил он про это умолчать,  а то еще за сумасшедшего сочтут.

Вышли они из дома странного и пошли каждый своей дорогой. Кто на роботу, законы новые писать, а кто и домой -  высыпаться после бурной ночи.

Милиционер уже и думать забыл про тот случай в чужом доме. Решил, что и правда привиделось ему на пьяную голову. Как вдруг прибегают к нему соратники его по партии и рассказывает странную историю. Будто дошли до них сплетни, что в помощницу мэра нечистая сила вселилась – дух Аделаджи. И она с тех пор сама не своя стала. Собак бездомных по улицам уже отлавливать не велит, даже про эвакуаторы забыла. Только и твердит целыми днями про землю какую-то неучтенную, а вчера даже на депутата горсовета кинулась. Палец ему откусила, наверное в отместку за шефе своего. А глаза у нее при этом совсем безумными стали. Теперь ее все в мэрии боятся, даже на одном этаже с ней находиться не хотят. А когда она в буфет заходит, то все как ошпаренные разбегаются.

Выслушал милиционер рассказ этот странный, а у самого аж ладони от страха вспотели, но виду не подал:

«А что это Вы собственно именно ко мне со своими бреднями пришли? Это же в городской администрации случилось? Так вот туда и идите, там и разбирайтесь, кто в кого вселился и что с этим делать»

«Так ведь там ее все боятся?»

«Ну, увольте ее»

«Как же уволить, если она с самими мэром, ну это... в сговоре?»

«Я, между прочим, человек занятой. Мне еще преступников государственного  масштаба ловить надо, а вы мне тут со своей чертовщиной»

Но те ни в какую, без него уходить не хотят. Чувствует милиционер, что плохи его дела, но  встречаться с этой ведьмой второй раз у него не было сил:

«Так Вы подите в Раду, пускай они вам помогут»

«Так были уже. Не хотят, говорят у них своей нечисти хватает»

Но милиционер не унимался:

«Тогда к Президенту идите. Он у нас главный – пускай он и решает»

«Так Президент на Премьера стрелки переводит, а она вообще заявила, что пока оппозиция Верховную Раду не разблокирует, она никаких действий предпринимать не будет. Так что на вас одна надежда»

Понял милиционер, что дело его плохо, но тут в голову пришла спасительная мысль:

«А вы к оппозиции ходили. Они теперь за любую работу берутся?»

«Ходили – отказались. Говорят без Богатыревой с такой работой не справиться. А Герман наотрез отказалась бороться с этой ведьмой – своих не трогает»

Совсем сник вмиг постаревший милиционер, но попытался сделать еще одну вялую попытку спастись:

«А боксер, он уже давно на мэра зуб имеет, пусть ударит их разок-другой и никаких проблем»

«Не хочет он, ему его новый имидж интеллектуального политика не позволяет»

Совсем огорчился милиционер, но делать нечего – надо столицу родную от силы нечистой спасать. И сел наш герой в машину черную, а позади него двух охранников приставили, чтоб не сбежал. Так они к зданию городской администрации и добрались. Смотрит милиционер наш, а здание один в один как-то, где они тогда ночку с дружками коротали. Совсем нехорошо стало ему. На ватных ногах вышел он из машины и не чувствуя под собой земли побрел к двери.

Но уже у самого порога его догнал перепуганный Президент:

«Фух, ты еще тут, значит успел», - и, отдышавшись немного, добавил, - «Я тут услышал, что ты решил добровольно, один на один в схватку с нечистой силой вступить. Так ты не волнуйся, мы твой подвиг оценим. Я решил, если все пройдет удачно – мы тебе памятник воздвигнем, на Майдане. Вместо Независимой Украины на Стелле твой  барельеф будет».

После чего Президент неожиданно сфотографировал обалдевшего милиционера  на память и исчез в образовавшейся толпе зевак.

С таким напутствием несчастный доброволец переступил порог устрашающего дома...