«Антикризисная» коалиция должна отказаться от своего названия. Созданная в ответ на разразившийся летом 2006-го парламентский кризис «оранжевых», она теперь сама стала главным источником самого острого политического кризиса в стране со времен зимы 2004 года.  Последовательное очищение правительства от остатков «помаранчевой» команды, в которой последний из уцелевших назначенцев Президента министр обороны Анатолий Гриценко уже выглядит неким доисторическим реликтом на фоне «бело-синих» коллег, начало формирования нового большинства с участием депутатов от НУ и БЮТа, а теперь и атака Генпрокуратуры на Юрия Луценко, Виктора Балогу и Давида Жванию – все это в конечном итоге способно довести ситуацию в стране до той точки, которая предшествовала Оранжевой революции.

Насколько реально повторение Майдана? Прежде чем ответить на этот вопрос, необходимо трезво проанализировать внутренние механизмы любого масштабного общественного протеста. Для сравнения с украинским Майданом напрашиваются такие различные по мотивам революции, как Октябрьский переворот 1917 года в России и «бархатная революция» в Чехословакии 1989 года. Вспомним, что движущими шестеренками этих мирных и вооруженных восстаний изначально был острый политический кризис. И в первом, и во втором случае был применим ленинский тезис «верхи не могли, а низы не хотели». То есть политический кризис только тогда становится общенациональным, когда проблемы и хаос в верхах касаются каждого рядового гражданина страны. В 1917 это были голод, эпидемии и разгул преступности, принесенные Первой мировой войной, в 1989 – развал коммунистической системы, дефицит и социальные проблемы, в 2004 – общая усталость общества от нежелания власти прислушиваться к его потребностям, силовые акции против студентов, бизнесменов и журналистов, бандитский беспредел представителей одной из сторон.

Важным было также и то, что все три революции имели свои предтечи, причем, предтечи неудачные, подавленные с кровью, в отдельных случаях с особой жестокостью. По определению, революция – это крайняя, чаще насильственная форма смены действующего политического режима. И чтобы она состоялась, необходимо исчерпать все остальные пути изменения политического курса (отречение от власти, уход в отставку, победа оппозиции в результате выборов, наконец, круглый стол по примеру Польши 1990 года) к моменту максимального обострения кризиса. Успешному перевороту большевиков в ноябре 1917-го предшествовала кровавая революция 1905 года и мирная, во многом похожая на «оранжевую», февральская 1916-го. Чехословацкая «бархатная революция» 1989 года во многом культивировалась и состоялась благодаря воспоминаниям о кровавом 1968 годе, растоптанном железными гусеницами советских танков.

Украинский опыт 2004 года ковался под ударами омоновских ботинок и в застенках Лукьяновского изолятора по результатам окончившейся поражением акции «Украина без Кучмы» 2001 года. Во всех трех вышеперечисленных случаях у революционеров не было ни всеобщей поддержки общества, ни надежды победить мощный карательный аппарат (вспомним, что помимо армии и спецслужб против бунтовщиков активно работали и негосударственные парамилитаристские структуры – «черносотенцы» в России 1905 г. и криминальные группировки в Украине в 2001 г.), ни широко доступа к СМИ для пропаганды своих идей. И в 1905, и в 1968, и в 2001-м революционеров поддерживали зарубежные издания, на их стороне были симпатии западных стран, но этим все и ограничилось.

Таким образом, победа, достигнутая несколькими годами позднее, во многом строилась в буквальном смысле на костях мучеников «революции». Ареол мученичества во всех случаях был сопоставим с христианской традицией почитания святых. Все знают, что у украинской революции свой мученик тоже был, имя его вдохновляло многих и в 2001-м, и в 2004 – это журналист Георгий Гонгадзе. Более того, его исчезновение во многом предопределило начало акции УБК. Были такие мученики и в 1905-м, и в 1968-м. Российская революция вынесла на поверхность такую замечательную личность, как потомственный дворянин Петр Шмидт, образ которого для его современников был без преувеличения ориентиром для наследования. В то время к лейтенанту Шмидту еще не приклеился сатирический ярлык, привитый «Золотым теленком». В Чехословакии такой героиней стала Данка Кошанова, молодая девушка, павшая от пули советского солдата в августе 1968-го.

Всем известно, что история развивается по спирали, и сейчас не в Украине не происходит ничего принципиально нового, что не имело бы параллелей в прошлом. В конце концов, события 2004 года можно рассматривать как промежуточную стадию, подобную Февральской революции 1916 года, тем более, что исторические декорации и движущие силы в обоих случаях сопоставимы. И там, и там – дряхлеющий правитель с монаршими полномочиями, произвол придворных олигархов-распутиных, недовольство наиболее активного среднего класса буржуа-бизнесменов, который и послужил основой для успешного переворота.

Только через короткое время происходит отход от принципов, под которыми революция победила, реставрация режима – и новый виток противостояния. Чем все закончилось в 1917-м, помнят все, и повторения, уверен, не хочет никто, включая даже маргиналов. Помимо этого, переворот в 1917-м во многом состоялся благодаря наличию отмобилизованного, прошедшего шушенские ссылки и партийные семинары-тренинги в Цюрихе, Париже и Стокгольме, передового отряда всего из 3 тысяч большевиков. Но какие это были люди! Интеллектуалы уровня Чичерина, ораторы по типу Ленина и Троцкого и партфункционеры уровня Калинина. Сейчас трудно представить, как 3 тысячи людей смогли сокрушить то, что еще недавно было Российской империей.

Сегодня Украина переживает своеобразное историческое дежа-вю. При этом, за действиями «антикризисной» коалиции уже не просматривается хаоса и нерешительности трехлетней давности. Даже история с обыском и возможным арестом экс-министра МВД Юрия Луценко, а также обвинениями в контрабанде автомобилей братом главы президентского Секретариата Павла Балоги уже не выглядят как топорные, а скорее, как продуманные шаги в реализации какого-то плана.  

Вопрос относительно того, кому выгодна истерия вокруг бывшего главного милиционера, понятен. В первую очередь, Партии регионов, ибо она сначала вытолкнула его в большую политику, где он начал последовательно «рвать» электорат БЮТа и НСНУ, а теперь пытается добиться повторения «прецедента Тимошенко». Последняя отбыла около месяца в Лукьяновском изоляторе, откуда вышла политиком национального масштаба. Луценко еще только на пути к аналогичному статусу, но действия Генпрокуратуры, как представляется, направлены на то, чтобы сделать его героем как можно быстрее.

Вся схема с Юрием Витальевичем, как представляется, закручена американскими политтехнологами ПР с улицы Софиевской (они же в определенных кругах – «киргизы»). Схема имеет смысл, прежде всего, в том случае, если «Регионы» приняли игру Тимошенко и вовсю начали подготовку к выборам. Соответствующие сигналы из штаба на Липском поступают с завидной регулярностью. Не исключен, впрочем, и вариант, при котором вся интрига может оказаться крупномасштабной разводкой со стороны «донов». Это означает, что им выгодно заставить всех думать, что они тайно готовятся к выборам.  

Нежданно-негаданно свалившийся на Юрия Витальевича подарок в виде наезда Генпрокуратуры существенно повышает шансы его политсилы. При этом выигрывают все: 1) донецкие, раскалывающие «оранжевый» электорат; 2) Президент, получающий повод к атаке на коалицию (а там и до роспуска ВР недалеко); 3) бизнес-крыло НСНУ, которому не терпится попасть в Раду вместе с Луценко. В числе проигравших оказывается Тимошенко, на чьем поле уже, можно сказать, прочно утвердилась «Народная самооборона» (НС).

Акция народного гнева за «нашего Юру» не замедлит сказаться, причем Тимошенко – независимо от ее желания – будет в нее втянута. «Доны» не оставили ей другой альтернативы. Протестные возможности БЮТа, НС и «Поры» таковы, что в условиях теплой весны они смогут в короткие сроки поставить под ружье до 20 тысяч человек. По отдельным сведениям, мобилизация до 10 тыс. бойцов в рамках туров Луценко обходилась Жвании в $30 тыс. в день (проплачивалась только часть людей). Исходя из калькуляции Майдана в 2004-м (тогда суточные затраты по еде, одежде, агитации и теплу обходились в $60-100 тыс.), сегодня акция Майдан-2 будет стоить порядка $50-60 тыс. в день, причем основные затраты будут касаться не выплат «пехоте», а питания и аренды сцены. Кости брошены и остается ждать, насколько быстро оппоненты коалиции сделают ответный ход. Во всяком случае, как показала пресс-конференция Василия Цушко, «донецкие» к этому уже готовы.